Интервью с руководителем инновационной лаборатории "Энерго-Прогресс" (г.Уфа) Вазгеном Авагяном, экономистом, советником Правительства Республики Армения в 1998-99 гг.
- Вазген Липаритович, этот план был общей задачей или имел механизм практической реализации?
- Этот план должен был лечь в основу ориентированной на Россию венчурной программы Демирчяна. Несмотря на многочисленные правки в тексте, основная идея национальному лидеру понравилась…
Программа была довольно радикальна. Она предусматривала принцип "двух ключей" в процессе ускоренной венчуризации: государственную принудительность и частно-коммерческую избирательность, а также создание единого общенационального венчурного страхового механизма для страхования убытков от неудачных инноваций из части суммы прибыли, получаемой от внедрения удачных инноваций.
Я исходил из того, отнюдь не либерального взгляда, что дожидаться, пока бизнес-элита самостоятельно переформатирует расходование своих прибылей с гипертрофированных потребительских расходов на инвестирование, тем более высокотехнологическое и рисковое, мы можем очень долго. У меня был достаточно богатый опыт общения с бизнес-элитой СНГ, и я вполне мог оценить ее субъективные интересы и пристрастия, достаточно паразитарные и низкоинтеллектуальные.
Однако речь шла даже не о личных качествах конкретных представителей чаще всего криминальной и околокриминальной среды, которые составили сегодня бизнес-пространство СНГ. Я вообще полагал в 1999 году и полагаю сегодня, что любая бизнес-элита предпочтет - при достаточной возможности и основаниях - потребительские гипертраты и высоколиквидные накопления серьезному и технократическому инвестированию.
Поэтому ставка была сделана не на заманивание какого-то полумифического построннего иностранного инвестора, а на принуждение к инвестированию собственных капиталистов. Я имел все основания надеяться, что только в этом случае мы можем рассчитывать и на инвесторов-иностранцев, поскольку никто в здравом уме не станет вкладывать в производство страны, если туда не инвестируют сами жители этой страны. Иначе говоря, в отсутствие отечественных инвесторов не дождёшься и иностранных, которые всегда играют вспомогательную, но не основную функцию.
Основной идеей предлагаемого венчурного механизма была идея сопряжения возможностей традиционного и перспектив венчурного производств. Прибыльное сегодня производство (чего угодно - водки, сигарет, торгового оборудования) должно было, по замыслу, выделить из себя (сперва на правах убыточного, но обязательного филиала) сверхприбыльное высокотехнологичное производство завтрашнего дня.
В качестве мер поддержки венчурных инвестиций государство имеет возможность провести меры по законодательной и налоговой поддержке, льготное выделение зданий и территорий, участков под технологические линии. Также государство имеет рычаги бесплатной (что очень важно, поскольку госказна не резиновая) поддержки венчурного инвестирования в области рекламы (использование всех имеющихся рупоров СМИ для рекламной безвозмездной поддержки венчура) и социального обеспечения сотрудников. Но гораздо более весома государственная поддержка венчура была бы в организации гослизинга машин и оборудования с отрицательным процентным показателем кредитного механизма.
Учение об "отрицательном проценте" кредитования предприятий (то есть о взимании с них меньшей суммы, нежели они берут в долг) потребовало от меня особых разъяснений. Возникли опасения в возможности возникновения коррупционных схем. Я объяснил, что речь идет о скидке, которая не монетизирована вообще никак.
Для примера я показал кому следовало прайс-лист Ижорского завода, где стоимость отдельно взятого крупногабаритного карусельного станка была существенно выше, чем стоимость каждого из 10 станков, закупаемых оптом. Смысла приводить конкретные цифры 1999 года нет, все цены давно поменялись, но схема осталась.
- Потребность наших заводов в карусельных станках существенно выше, чем 10 экземпляров. Но сейчас и единственный станок каждое отдельно взятое предприятие может взять только в кредит. Перерасход будет такой: проценты за кредит плюс отсутствие оптовой скидки. Гослизинг способен этот перерасход снять, купив станки сразу и оптом.
Затем он постепенно взыщет с подавших заявки получателей техники ту сумму, которую сам уплатил (пропорционально распределению оптовой партии), но не станет взыскивать то, что не оплатил - не существующие в этой схеме проценты за кредит и не существующую в ней доплату за розницу. Однако в товарном, материальном смысле лизинговое кредитование фактически предоставит предприятиям сумму производственного капитала, значительно более высокую, чем та, которую предприятия обязаны вернуть государству.
Инфраструктурное обеспечение унифицированной части производственной базы, вошедшее как предложение для программы ускоренной венчуризации, было связано с моим искренним убеждением относительно одного из законов производительной (индустриальной) экономики.
- Вы также автор теории неравномерных рисков капиталовложений?
- Я полагал и полагаю, что снижение риска потери капиталовложений со стороны властей той или иной территории абсолютно пропорционально мере унификации предметов производства. Например, если произведен готовый, "под ключ" коровник, то капиталовложения могут быть потеряны, если разведение крупного рогатого скота станет нерентабельным: тогда и коровник не нужен, плакали государственные денежки!
Однако если строить коровник предоставить на свой страх и риск частному капиталу, а производить абсолютно унифицированные кирпичи, то пропасть данное капиталовложение не может: кирпич всегда пригодится - не для коровника, так для дома, не для дома, так для санатория, не для санатория, так для какой-нибудь ограды, и т.п.
Именно поэтому я смело и радикально предлагал государству взять на себя производство унифицированных многофункциональных элементов экономической инфраструктуры: электроэнергии, транспортных коммуникаций и продуктопроводов, ГСМ, строительных материалов и иных "предметов общего пользования" в экономике, которым не страшны никакие потребительские капризы рыночной экономики.
- А как понимать принцип "двух ключей"?
- Как взаимоответственность за проект власти и частного бизнеса. Выбор между венчурными проектами свободный, а права на отказ от них отсутствуют. Это помешает как чиновнику с коррупционными целями навязать нелепый, нежизнеспособный проект, так и предпринимателю под разными предлогами уклониться от венчурного инвестирования. Рискуя своими деньгами, предприниматель будет очень придирчив к предлагаемым схемам венчурных капиталовложений. Но и контроль госчиновника необходим - чтобы предприниматель не записал с помощью казуистических ухищрений в "венчурные" какой-нибудь свой банальный торгово-закупочный или иной спекулятивный проект.
- Вы были горячим сторонником теории импортозамещения?
- Нет. Мне даже пришлось предупреждать об опасности расхожих теорий о прямой совместимости венчуризации инвестиционного климата и импортозамещения.
Механическое выдавливание импортных товаров с отечественного рынка может обернуться со стороны местных производителей политикой снижения качества и доступности (в первую очередь через рост цен, но не только) аналогов замещаемой импортной продукции. Это не только не венчуризирует рынок, но наоборот, способно погрузить его в самореверсирующуюся стагнацию.
Мной была предложена достаточно радикальная программа совмещения мер по импортозамещению и мер по венчуризации. Она состояла из четырех взаимоувязанных блоков, игнорирование каждого из которых могло породить негативные тенденции в национальной экономике (схема №2).
Иначе говоря, начать административными методами выдавливать импорт, имеющий аналоги в отечественном производстве, можно только поставив в зависимость уменьшение его доли со снижением стоимости импортозамещающей продукции.
Как это выглядит на практике? Мы снижаем квоту, например, на ввоз импортного сыра параллельно с соглашением с производителями сырной продукции о снижении цен. Ниже ваши цены - меньше импорта. Еще ниже - еще меньше. Таким образом, всякий производитель, желающий расширить свой сегмент на рынке, должен обеспечить это расширение понижением стоимости и себестоимости продукции. Хочешь продавать больше - продавай дешевле!
При такой постановке вопроса рост прибыли отечественного капитала за счет импортозамещения будет возможен только двумя путями: снижение себестоимости продукции за счет расширенного воспроизводства (укрупнения серийности) и за счет венчурных инвестиций. Это будет уже не коррупционная лавочка, когда пошлинами обеспечивается рост сверхдоходов монопольного бездельника, регулярно снижающего выпуск товаров и вздувающего на них цену, а нормальная практика поощрения отечественного производства.
Я даже выдвинул афоризм: "Помогать надо не производителю, а производству", то есть не личности и не банковскому счету юрлица, а технологическому процессу. При этом импортер из-за границы предстает одновременно и в роли пугала для местных предпринимателей, и в роли строгого, неподкупного контролера.
Если мы вывозим больше, чем ввозим - мы работаем на дядю, потому что отдаем реальные блага как бы в долг, да к тому же в долг с отрицательным процентом. Если мы ввозим больше, чем вывозим, то кормим чужих рабочих и крестьян вместо своих. Естественно, в обоих случаях никакой венчуризации инвестиционного климата мы не добьёмся, а напротив - придем к "сворачиванию" перспектив как производства, так и социальной сферы и научно-технического и рационализаторского творчества масс...
В связи с этим я не мог не коснуться и вопросов внешнеторгового сальдо: оно должно быть не положительным и не отрицательным, а уравновешенным. Если ввоз реальной продукции из-за рубежа равен вывозу, то это значит, что мы, давая заработок определенному количеству рабочих за рубежом, рассчитываем, что и они дадут средства к существованию такому же количеству наших рабочих. Если же мы их работников будем содержать, а они наших - нет, то зачем нужна такая внешняя торговля?!
- Спасибо!
Беседу вел Геннадий ГОТОРПОВ,
Все статьи автора на НСН «Венед»