Чудо русской бересты, возвышающее русский народИз немой пустоты древних времен появляются первые солнечные русские зайчики – берестяные письма крещеного люда, всем народом полюбившего грамоту и грамотность. Найденные на раскопках в Великом Новгороде берестяные грамоты начиная с XI века являются "воистину драгоценными находками", говорит научный руководитель Новгородской археологической экспедиции академик РАН Валентин Янин.
Киевская Русь – важный и достойный источник пресловутой национальной гордости великороссов. В домонгольской Руси, как показали раскопки и в Киеве, и в Новгороде, процветало ремесло, не уступавшее прославленным мастерским Запада и Ближнего Востока. Заново открылся народу и облик древней архитектуры.
Когда археологи отрыли о очистили от хлама пристроек новгородские храмы, отреставрировали, то ахнули: они, как свечечки, стоят с куполами-шлемами! Потрясающе высок уровень русской храмовой архитектуры по сравнению с аналагоми того же времени.
До открытия берестяных грамот считалось, что читать и писать на Руси умели только духовенство и знать. А грамоты эти в XI-XV веках писали и ремесленники, и крестьяне, и женщины. Историки нашли свыше 800 берестяных грамот, но это лишь малая часть того, что лежит в земле. Такие грамоты нашли еще в девятигородах: Пскове, Смоленске, Твери... Грамотность - высокий показатель культуры для средневековья.
Кора деревьев, вероятнее всего, использовалась многие тысячелетия у разных народов в качестве писчего материала, на котором первоначально оставлялись какие-то важные для людей знаки ещё в мезолите и неолите.
В Индии ещё до нашей эры хорошо знали, что на тонком древесном лыке можно писать, как на бумаге. В латинском языке понятия «книга» и «древесный луб» выражаются одним словом: liber. Сотни писем римлян на бересте были найдены при раскопках римского форта Виндоланда на севере Англии. Традиции американских индейцев также знали отметки и рисунки на бересте, упоминания о ней имеются в «Песне о Гайавате» Г. Лонгфелло. Известны тибетские средневековые берестяные письмена на территории Тувы…
Русские начинают писать по мере распространения грамотности, принесенной формированием единого русского православного государства после 988 года. Не сразу пришла грамотность в Великий Новгород: грамоты XI века в принципе являются большой археологической редкостью. "Культурные слои этого времени - наиболее бедные по содержанию берестяных грамот", - говорит академик Янин в одном из интервью. Слоев же связанных с более ранними веками, с дохристианской мифической письменностью у славян – ПОПРОСТУ НЕТ.
В современной археологии XI век представлен небольшим количеством текстов. Начиная с момента обнаружения первой средневековой грамоты в Великом Новгороде в 1951 году, грамот XI века было найдено всего 32. При этом археологи нашли 381 берестяную грамоту XII века, 187 грамот XIII века и 273 грамоты XIV века.
Андрей Анатольевич Зализняк – академик РАН, доктор филологических наук, выдающийся российский лингвист и один из крупнейших специалистов по древненовгородс кому диалекту и изучению текстов берестяных грамот. Предельное внимание ученый уделяет практическим навыкам – анализу берестяных грамот. В интервью телеканалу «Культура» он говорил:
- Я должен вам рассказать о берестяных грамотах, сюжет, который сейчас уже почти всем в какой-то степени известен...
Главный факт, что тексты эти записаны тем же самым алфавитом, которым пользуемся мы с вами, это кириллический текст, это кириллический алфавит, это текст, записанный кириллицей, так что буквы вам все знакомы. Другое дело, что начертание некоторых букв будет несколько непривычно. Но в целом, это наш с вами язык, но, разумеется, значительно более архаичный, чем то, к чему мы привыкли...
По русским грамотам можно, наконец, проследить ОБЪЕКТИВНО весь путь русской грамотности и образованности. Ведь, в отличии от официальных архивов и библиотек, где содержимое можно «подчистить» с той или иной политической целью, берестяные грамоты – набор ВЫБРОШЕНЫХ в разное время в разных местах бытовых документов. И каким-то идеологическим образом корректировать содержание берестяных грамот никто однозначно не мог.
Это особенно важно сегодня, когда идет атака на все русское и православное, когда в солидных изданиях благосклонно рецензируются книги историка Мурада Аджи, утверждающего, что Иван по-тюркски - дурак. По его словам, и делопроизводство велось на Руси на тюркском, и молились по-кыпчакски вплоть до церковного раскола в XVII веке.
А тут – бесценные архивы, которые никто не составлял специально – они сами собой составились на протяжении веков. И становится бесспорно-очевидным: богослужение на Руси велось на церковнославянском языке, делопроизводство - на древнерусских диалектах. Собственно, русских языков до письменности было много, постепенно они сливались в один. А церковнославянский – выстроен на базе старого болгарского языка. Собственно, это один из диалектов старорусского, потому он так легко на Руси и прижился.
Берёзовая кора как материал для письма получает на Руси распространение не ранее X века и выходит из употребления в середине XV века в связи с распространением бумаги, которая именно около этого времени становится дешёвой.
Новгород возник на плотных глинистых почвах, препятствующих вертикальному стоку талых и дождевых вод. Вглубь пластов не проникал воздух, потому не было гниения органических веществ. В Новгороде есть места, где число мостовых, настеленных друг на друга, доходит до 30! Там идеально сохраняются предметы, изготовленные из всех средневековых материалов - дерева, кости, кожи, ткани. А также предметы из античного металла, камня, глины, стекла, янтаря. Особенно важна сохранность дерева - оно было главным градостроительным и поделочным материалом вплоть до ХХ века. Благодаря ему можно не только воссоздать планировку древних усадеб и построек, но и воочию увидеть богатство предметов, входивших в обиход жителей. Кроме того, есть возможность применить к датировке культурного слоя метод дендрохронологии - определения с точностью до 15-20 лет времени возникновения деревянных предметов…
Береста рассматривалась как эфемерный, непрестижный материал для письма, непригодный для долгого хранения; её использовали в основном как материал для частной переписки и личных записей, а более ответственные письма и официальные документы писались, как правило, на пергаменте (бересте доверялись лишь их черновики). В одной из берестяных грамот (№ 831), представляющей собой черновик жалобы должностному лицу, есть прямое указание переписать её текст на пергамент и лишь потом послать адресату. Лишь немногие грамоты, по-видимому, хранились относительно долго: это два берестяных листа огромного размера с записью литературных произведений (сохранившаяся целиком грамота из Торжка № 17 и дошедшая до нас во фрагментах новгородская грамота № 893), оба найденные в земле в развёрнутом виде, а также две берестяные книжечки: с записью молитв (новгородская грамота № 419) и с текстом заговора от лихорадки (№ 930, лист из такой книги).
В силу указанных обстоятельств обнаруженные археологами берестяные грамоты представляют собой, как правило, выброшенные документы, попавшие в землю в том месте и в тот момент, когда в них исчезала практическая надобность. Таким образом, находки археологов не связаны с каким бы то ни было древним архивом (даже в том случае, когда высокая концентрация грамот обусловлена нахождением на данном месте некоторого учреждения или канцелярии — как, например, на одной из усадеб Троицкого раскопа, так называемой усадьбе Е, где в XII веке находился «сместный» [совместный] суд князя и посадника).
Целые берестяные грамоты в момент обнаружения обычно представляют собой свёрнутый свиток бересты с выцарапанным текстом на внутренней стороне коры (реже на обеих её сторонах). Меньшая часть целых документов находится в земле в развёрнутом виде. Текст помещается на бересте в строку, в подавляющем большинстве грамот (как и средневековых славянских рукописях вообще) без разделения на слова.
Кроме того, значительную долю находок составляют фрагменты берестяных грамот, нередко повредившихся уже после попадания в землю, но ещё чаще уничтоженных (разорванных или разрезанных) непосредственно перед тем, как их выбросили. Эта практика упоминается в «Вопрошании» Кирика Новгородца XII в., где спрашивается, нет ли греха в том, чтобы по разрезанным грамотам «ходили ногами». Цель уничтожения грамот понятна: адресаты писем заботились о том, чтобы ставшее ненужным письмо не прочёл посторонний. В роли такого «постороннего» и оказываются современные исследователи. Несмотря на то, что в интерпретации фрагментированных грамот накоплен значительный опыт, и общий характер документа удаётся уловить в большинстве случаев (лишь совсем крохотные фрагменты интерпретации не поддаются), наличие оборванных букв и лакун часто затрудняет истолкование отдельных мест (как с языковой, так и с содержательно-исторической стороны).
Главным способом датирования берестяных грамот является стратиграфическое датирование (на основании археологического слоя, из которого извлечена грамота), в котором важную роль играет дендрохронология (в Новгороде с большим количеством часто ремонтировавшихся деревянных мостовых датировка точнее, чем в других городах — обычно в пределах 30—40 лет).
Некоторое количество берестяных грамот может быть датировано благодаря упоминанию в них известных по летописям исторических лиц или событий (например, в ряде грамот выступают представители шести поколений знаменитого новгородского рода бояр Мишиничей — посадники Варфоломей, Лука, Юрий Онцифорович и другие).
В последнее время, с накоплением фонда берестяных грамот, появилась возможность комплексного параметрического датирования грамот на основе целого ряда внестратиграфических признаков — прежде всего палеографии, а также лингвистических признаков и этикетных формул, имеющих хронологическое значение. Данный метод, разработанный А. А. Зализняком, успешно применяется для грамот, не имеющих (вообще или достаточно узкой) стратиграфической даты.
Открыли ли берестяные грамоты новое? Политически – нет, они в общем и целом подтверждают «Повесть временных лет» Нестора, а новые исторические факты действительно появились.
Самое интересное - о разности корней у славян северной и южной Руси написано еще в "Повести временных лет" монаха Нестора. Два брата, Радим и Вятко пришли из ляхов т.е. два племени - радимичей и вятичей - переселились с Запада. А исследуя берестяные грамоты, академик Андрей Анатольевич Зализняк определил наиболее характерные особенности новгородского диалекта, роднящие его с западнославянскими языками.
Прежде считали, что Киевская Русь говорила на одном языке, а разные диалекты стали формироваться после ее распада. Так нас и в школе учили. Но в грамотах XI- XII веков больше существенных различий между языком Киева и Новгорода, чем в XIV-XV веках. Поляки оказываются кривичам, новгородским словенам, вятичам по происхождению родными братьями, а киевские поляне - двоюродными.
Произошел не распад и упадок единой народности Киевской Руси, а наоборот, шел процесс взаимного сближения и обогащения двух восточнославянских общностей. Хотя соединительные швы, как это сейчас видно, так и не заросли, несмотря на столетия совместной жизни.
Лучше всего известен древненовгородский диалект – именно благодаря бересте. Грамоты чаще всего написаны на чистом новгородском диалекте, лишь иногда — с влиянием наддиалектных или церковнославянских норм. Отдельные древние новгородские диалектизмы в качестве ошибок проникали и позже в книжные памятники: формирование письменного языка – процесс долгий и сложный, отнюдь не линейный. Сегодня для реконструкции имеют косвенное значение данные современных северных диалектов.
Древненовгоро́дский диале́кт — средневековый диалект древнерусского языка, распространённый на территории Новгородской земли с дописьменной эпохи до XV века (в широком смысле к нему можно отнести и очень близкий диалект Псковской земли). Достаточно сильно отличался от наддиалектной формы древнерусского языка, представленной, например, в Киеве, а в некоторых отношениях и от всех прочих славянских языков.
В фонетике самая яркая черта — отсутствие второй палатализации (в корнях — кѣле 'целый', хѣде 'седой', гвѣзда 'звезда', перед окончаниями — ногѣ, рукѣ и т. п.); в некоторых корнях и третьей палатализации (так, основа 'весь' имела вид вьх-). Фонемы /ц/ и /ч/ совпадали (цоканье). Сочетания *tl, *dl в древнепсковском и в ряде говоров Новгородской земли в узком смысле могли развиваться в кл, гл: клещь 'лещ', привегле 'привёл'. Имелись (не во всех говорах) особые рефлексы сочетаний гласных с плавными, в частности, напоминающие польский язык (злото и т. п.). Кроме этого в древненовгородском диалекте сохраняется исконное взрывное [g] (в отличие от фрикативного южного [ɦ]).
В морфологии самая яркая черта — именительный падеж единственного числа о-склонения на -е вместо -ъ (Иване 'Иван', старе 'старый', кето 'кто', ср. древнерусское к-ъ-то; перед этим -е не было эффекта второй палатализации: замъке 'замок', а не *замъче), также в родительном падеже единственного числа а-склонения -ѣ вместо -ы (у женѣ вместо у жены) и др.
Древненовгородский диалект выходит из употребления после присоединения Новгородской земли к Московскому княжеству в 1478 году (при этом некоторые черты были утрачены и ранее).
Ряд диалектизмов сохранялся в северовеликорусском наречии и гораздо дольше (цоканье, ять вместо ы в родительном падеже и проч.)
Все это – русская история, подлинная, неподдельная, светлая, прямая, прекрасная, как свеча в православном храме. И не раз пытались её очернить, растоптать, а то и подменить…
В грамоте номер 957, представляющей из себя донышко лукошка, экспертам удалось прочесть следующий текст: "Воибудино луконце. Иже е уклодет да проклят будут. А Шевко писал". В переложении на современный русский язык текст грамоты можно истолковать как "Лукошко принадлежит Воибуде, а если кто-нибудь им воспользуется, положит в него что-то, то будет проклят, а написал это Шевко".
Что тут скажешь? Русский язык – это язык православных русских людей, их достояние, их культура, и будь проклят тот, кто попытается использовать его против них.
Александр СТРЕЛЕ, специально для НСН «Венед»