(Спецслужбам на заметку)ДЕМОРАЛИЗАЦИЯ – то состояние, в которое политические органы (и/или капелланские службы) армий всегда стремятся обратить войска противника. Между тем о проблемах деморализации противника очень мало литературы – гораздо меньше, чем про окружения, прорывы, марши колоннами и т.п. тактические приемы.
В условиях современной психической войны психическая компонента оказывается из второстепенных переведенной на главную роль. ДЕМОРАЛИЗАЦИЯ противника является главным залогом и самым верным признаком ПОБЕДЫ. Поэтому необходимо учитывать и гражданское, невоюющее население.
Понятие «деморализации противника» в современности выходит на новый уровень и использует на порядок более совершенные технологии в конфликте.
Самый примитивный пропагандистский прием – «ЛОБОВОЙ УДАР» - попытка деморализовать противника, сломив его, как личность (вопреки его прежним убеждениям). Это призывы без обиняков и околичностей, СРАЗУ, перейти к действиям, противоположным убеждениям. Бросить оружие – когда был приказ не бросать. Плюнуть на святыню, именно как на святыню, порывая с прошлым, то есть ПРЕДАВ все, что было прежде сакрально-неприкосновенным.
В современной психической войне против России «лобовые удары» используются, и часто довольно эффективно. В этих случаях та или иная норма морали заменяется на прямо противоположную: вместо не убий! – убий!, вместо не укради – укради и т.п. Деморализация, т.е. разрыв с прежней моралью, понимаются буквально, как одномоментный акт. Ведется пропаганда аморального поведения, как нормы, норма же преподноситься как «комплексы», как «отсталость», «давление на личность» и т.п.
Многое зависит от материально-финансового подкрепления деморализации противника – от того, каковы тиражи деморализующих сообщений (мэсседжей), на каком техническом и эстетическом уровне они выполнены и т.п.
Однако при прямом лобовом ударе возможности деморализации, даже очень хорошо подкрепленной в материально-финансовом плане, все же ограничены.
Поэтому в современной психической войне употребляются разного рода обходные маневры, когда деморализуемому внушается, что «не нарушить он пришел, а исполнить», норма не отвергается, а незаметно и многими приемами ревизируется, в итоге превращаясь в собственную противоположность.
Очень важно здесь рассмотреть взаимосвязь НОРМЫ и ИСТОЧНИКА.
*** ***
Обыденное мышление видит в нравственности, этике, морали набор правил поведения. Отсюда часто возникает соблазн разделить этику и её «авторов» - видеть этику наподобие закона всемирного тяготения: ведь неважно, кто его открыл, он же действует безотносительно своего первооткрывателя!
Но то, что для физики правильно, для морали и нравственности совершенно неприемлемо.
Этика – это не набор правил. Этика – это АВТОРИТЕТ ЛИЧНОСТИ. Если личность теряет авторитет, то и набор правил, преподанный личностью, уже ровным счетом ничего не значит. Ну, посудите сами – на улице какой-то алкаш схватил вас за рукав и говорит – не стригись и не брейся никогда! Вы станете выполнять его волю? Нет, конечно! Вы его пошлете куда подальше, а через день просто забудете о странном эпизоде. И набор правил, высказанный алкашом в состоянии белой горячки (не стригись, не брейся никогда!) не будет иметь для вашего поведения ровным счетом никакого влияния.
А теперь поставьте вместо «не стригись, не брейся» - «не убий, ни укради». Без авторитета того, кто Вам это сказал, этот набор правил ровным счетом ничего не стоит и ни на что не влияет. Если быть точным – этот набор правил есть ПУСТОЕ КОЛЕБАНИЕ ВОЗДУХА.
Нет веры в личность – нет и никаких правил, есть только колебания воздуха плюс страх перед сильным, пока он силен и не отвернулся.
Именно поэтому нормы христианской этики НЕРАЗРЫВНО связаны с породившей их цивилизацией, точно так же, как и нормы любой иной этики неразрывно связаны с породившей их цивилизацией.
*** ***
Рассуждения же про «общечеловеческие» или «просто человеческие», всем людям присущие от рождения моральные нормы в итоге всегда кончаются громким «схлопыванием» темы. Вот характерный пример от высшего авторитета российской перуанистики – Ю. Березкина: «Многие североперуанские, особенно мочикские, сосуды вылеплены в виде женщины, держащей на руках или несущей за спиной ребенка. Эти сцены не раз служили поводом для сентиментальных рассуждений о «вечно женственном». Французская исследовательница А. М. Оккенгем убедительно доказала, что фигуры типа «мать и дитя» далеки от идиллии. Скорее всего, дети предназначались в жертву божествам и служили темой изображения именно в качестве «священных даров»(1).
Никаких особых к себе привилегий в этом смысле христиане не просили и не просят. Однако же сама справедливость требует признать, что, например, ЛЮБОВЬ К ДЕТЯМ есть их историческая собственность, порожденная культом богомладенчества, и выразившаяся в итоге в бытовом почитании младенца, как бога семьи, в семьях конкретно этой цивилизации.
Другие же цивилизации культвировали к детям совершенно иное отношение – как к рабам родителей, а отнюдь не родительским кумирам. В древнеегипетском языке, по свидетельству египтолога Авдеева, слова «ребенок» и «раб» обозначались одним звуком и иероглифом «седжу». В Китае до ХХ века девочек подвергали мучительной пытке «бинтования ног», когда младенцу молотком сокрушали все кости ноги, а затем туго затягивали, чтобы ножка оставалась маленькой на всю жизнь(2).. И сегодня китайцы готовят экзотические блюда из детей (из абортивного материала) – фоторепортаж об этом недавно попал в российскую прессу и интернет, (фоторепортаж редакции Federalpost) причем не в криминальную, а в кулинарную хронику(3)..
Византийский историк Лев Диакон, описывая борьбу Византии с киевским князем Святославом (последним язычником на киевском престоле) пишет, как само собой разумеющееся, даже не удивляясь нравам дохристианских русичей: перед битвой они в ритуальных целях, как у них заведено по обычаю «... задушили несколько грудных младенцев и петухов, топя их в водах Истра».
Таким образом, богомладенчество религиозное, и почитание детей в бытовой культуре христианских народов – вещи тесно взаимосвязанные. Но нам (зачем бы это?) врут, что они совершенно не связаны, что детей мы любим не потому, что веками этому учила нас Церковь, а просто от природы… Что же дохристианские русичи «от природы» детей не любили, из другого теста были сделаны, что ли?
В работе по сохранению страны и народа любая спецслужба хотя бы в прагматических целях обязана учитывать ценность устойчивости идеологии для выживания нации. Обязательно учесть надо, что НИКАКАЯ этическая система не терпит абстракции. Здесь не бывает делания без авторитета. Если сказал ОН САМ – то это одно, а если сказал неизвестно кто и звать никак – то и нормы, правила, стандарты поведения оказываются под большим и справедливым вопросом.
*** ***
Это правило – о тесной взаимосвязи ВЕРЫ и МОДЕЛИ ПОВЕДЕНИЯ хорошо знают киллеры государств и социумов. Ими овладели в ХХ веке и спецслужбы враждующих между собой государств. Убери АВТОРИТЕТ ЛИЧНОСТИ, в каждом отдельном случае какой-то особой, своей – и общество погрязнет во взаимном истреблении. А у социокиллера и задача в этом заключалась – обрушить человеческие взаимосвязи.
Таким образом «доказательства» отсутствия Христа атеизмом с неизбежностью обрушили и христианскую нравственность (на которую, вроде бы, далеко не все атеисты покушались) и вызвали череду необычайных тоталитарных зверств ХХ века. Большинство благонамеренных атеистов не увидело взаимосвязи между своими космогоническими теориями и запредельными для воспитанного в христианской среде БОЙНЯМИ кайзеровщины, большевизма, гитлеризма, либеромора и т.п. Они (атеисты) наивно полагают, что отрицание личности, предложившей правила, никак не скажется на соблюдении правил. Между тем мы видим, сколь различны и порой экзотичны тоталитарные зверства безбожного века, и сколь едино в них одно сущностное начало: полное пренебрежение к человеческой жизни и нравственному закону.
Гибель коммунизма и коммунистической морали была предопределена очернением И.Сталина, как подлинного творца советской системы. Кто-то из хрущевцев, тоже, возможно, наивно полагал, что отрицание ПРАВЕДНОСТИ ПРОРОКА ВЕРЫ и НОРМЫ ПОВЕДЕНИЯ в данной вере – не связаны между собой. Но это – величайшее заблуждение. Если я не уважаю советчика – то не стану следовать его советам – казалось бы, простое правило, но сколь часто нарушаемое неразумными вождями слепых масс!
*** ***
Разложение сознания русского человека было бы гораздо меньше, если бы большевики, уважая законы макропсихиатрии, утверждали бы, что «не нарушить пришли, а исполнить» и осуществляли бы свои преобразования под сенью икон и от имени запертого где-нибудь «товарища императора».
Этого, увы, не случилось, и нация получила тяжелейший эдипов комплекс измены присяге и поругания отеческих святынь. Хрущев нанес второй страшный удар русской коллективной психике, тотально, не принимая никаких возражений, и не давая им хода, оболгав Сталина. Дальше мозги русского человека пошли в буквальном смысле вразнос: крах Хрущева, «перестройка» - снова перечеркнувшая все символы веры…
МНОГОКРАТНОЕ ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО НАД ЧУВСТВОМ САКРАЛЬНОГО у русских людей породили в итоге ельцинизм, как тягчайшую форму национальной психоэкономической деградации, разброд и шатания, в которых нация на наших глазах просто перестает быть чем-то единым. Пользуясь двойственностью, расщепленностью ЧУВСТВА СВЯТЫНЬ у русского человека, враг коварно (в рамках психической войны) навязывает глумление над одними святынями с опорой на другие.
Это тонкий и весьма эффективный метод. Чтобы понять его – представьте ситуацию, когда дед враждовал с отцом. И вот, пользуясь фактом этой вражды, враг семьи говорит: «плюнь на могилу деда – ты что, отца не уважаешь?!» А другому сыну советует – «плюнь на могилу отца – ты что, деда не уважаешь?!»
СЕГОДНЯ НАША ЗАДАЧА – СОЕДИНЯТЬ, А НЕ РАСЧЛЕНЯТЬ, ИСКАТЬ ОБЩЕЕ, А НЕ КОВЫРЯТСЯ В РАСХОЖДЕНИЯХ ОТЦОВ И ДЕДОВ!
Шизофреническая расщепленность сакральных образов у русского человека таким образом расклинивается все шире, все глубже, малозаметные трещинки раздвигают, усугубляют под невероятным и беспрецедентным психическим давлением информационной среды.
В итоге человек массы скатывается к бытовому цинизму и тотальному безверию, утрачивает национальную самоидентификацию, превращается в шкурника-одиночку, для которого, как он думает – «где комфортно, там и Родина», и для которого, на самом деле – всюду могила или рабство. Ведь одиночка не может противостоять сплоченным коллективам!
Данный пункт – полностью морально разложившийся бытовой циник – последняя стадия психоцида русского народа. Одинокого, склонного к национал-предательству циника некому из людей защищать. А Богу защищать его – нет оснований…
Александр Леонидов (Филиппов), специально для НСН «Венед»
(1) - Ю.Е.Березкин, Послесловие// М.Сингл, «Поклоняющиеся звездам; по следам исчезнувших перуанских государств», М., Прогресс, 1983 г., С. 170.
(2) - Юн Чжан «Дикие лебеди». - СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2008: «МОЕЙ БАБУШКЕ в детстве по древней китайской традиции спеленали ступни шестиметровым куском белой ткани, а потом сломали все кости. День и ночь ноги нужно было держать забинтованными - только тогда ножки девочки становятся идеально крошечными, а сама она «при ходьбе напоминает «нежный ивовый побег, навеваемый осенним ветерком». Когда девочке исполнилось 15 лет, отец продал её в наложницы к высокопоставленному генералу. Как пишет Юн Чжан, это была отменная партия, о браке со знатным господином не стоило и мечтать, а статус наложницы богатого человека был счастливым лотерейным билетом. Отец продал дочку и сам не остался в накладе: получил повышение по службе и тоже обзавелся наложницами. Все это происходило в Манчжурии в 1920-е годы.
(3) - Журналист и фоторепортер Хуан Треминио рассказывает, как он побывал на каннибальской кухне. Китаец Г., личный повар одного из китайцев-каннибалов. С 2002 года, как он утверждает, он приготовил около 60-70 младенцев для хозяина. Г. говорит, что не видит ничего неприличного в приготовлении ребенка, ведь если его не съесть, то мясо все равно будет выброшено, а зачем выбрасывать хорошее мясо? Впрочем, некоторые китайцы-каннибалы предпочитают не новорожденных детей, а плаценту, она более доступна и продается всего за 10$. На фото Тремино приведена была готовая к употреблению плацента. На другом фото – красочная коробка, в которой она продается…