В описанном антиутопистом Оруэллом государстве язык должен был служить одной цели: контролю над мозгами населения. Министерство, ведущее войны называлось «министерством мира», министерство, организующее массовый голод – «министерством изобилия» и т.п. Слова в оруэлловском языке не обязательно меняют значение на прямо противоположное, важно другое: старым, хорошо знакомым словам с хорошо известным значением приписывается значение, совершенно никакого отношения к прежнему не имеющее.
В последние годы именно такой подменой значения слов заняты (и весьма увлеченно) теоретики либерал-монетаризма. Когда они произносят слова «модернизация», «технология» - нам КАЖЕТСЯ, будто мы их понимаем, но это – жестокое заблуждение.
Казалось бы, все знают, что модернизация – это обновление механизмов и устройств. Модерн – это всякие телефоны, телеграфы, трактора взамен скороходов и сохи. Однако в монетаризме слово «модернизация» приобрело иной, я бы сказал – неожиданный смысл.
Я. Кузьминов муж министра экономики РФ Набиуллиной и ректор ВШЭ на встрече с Путиным огорошил: «Модернизация социального государства в России … – это первая по актуальности задача. Все остальные модернизации прямо зависят от её успеха или неуспеха… реализация их ведомствами… происходит медленно и с постоянной оглядкой на социальные последствия».
«Наше социальное государство не должно быть советским, … таким же архаичным, как раньше» - говорит ректор. ТАК ВОТ ЧТО ТАКОЕ МОДЕРНИЗАЦИЯ В ИХ ПОНИМАНИИ! УМОРИТЬ ЛЮДЕЙ МИЛЛИОНОВ ПЯТЬДЕСЯТ, А НИКАКОЕ НЕ ОБНОВЛЕНИЕ ТЕХНОСФЕРЫ!
Константин Сонин, молодой профессор Российской Школы Экономики в таком же смысле использовал слово «технологии» (См. «Ведомости», 25.04.2011, 73 (2839)). «Но в нашей стране с технологическими аспектами как раз никаких проблем нет» - пишет профессор. Я было подумал, что он сошел с ума – но дочитав абзац, понял: мы просто говорим на разных языках. «На всех рынках, где проникновению новых технологий не мешают барьеры, воздвигнутые госчиновниками, фирмы перенесли передовые заграничные методы ведения бизнеса, а в некоторых случаях разработали свои собственные продукты».
Я понимаю технологию как искусство построить какой-нибудь конвейер. А он – как искусство построить людей вокруг конвейера, доставшегося с советских времен, и выжимания из них (людей, а не конвейера) всех соков. Сонин развивает свою мысль далее: «Конечно, барьеры воздвигаются чиновниками не просто так, а зачастую под влиянием существующих неэффективных фирм — тот же самый «АвтоВАЗ», любимое дитя политика Путина, много лет мешает развитию автомобильной промышленности в России. (Если бы «АвтоВАЗа» не было, мировые фирмы могли бы позволить себе строить куда более крупные и менее ориентированные на импорт компонентов заводы.)».
Профессор РШЭ конечно, нигде и никак не указывает – каким образом он сделал свое великое открытие – установил взаимосвязь (при чем прямую) между наличием отечественного производства и жаждой автоконцернов разместить у нас полный цикл автопроизводства. Подозреваю, не указывает потому, что доказательств великому открытию нет и быть не может.
Начнем хотя бы с того, что АвтоВАЗа много где нет. И в подавляющем большинстве мест на планете, где нет АвтоВАЗа, нет и других автоконцернов ТОЖЕ. С чего бы? Ведь АвтоВАЗа нет!
Сонин выступил с экономической проповедью либерализма не просто так. Это – его суровая отповедь В.Путину, который в последнее время стал позволять себе некоторые идеологические вольности.
В речи премьера Путина перед Государственной думой прямо указано на то, в чем премьер видит основную угрозу развитию страны: оно, видите ли, должно проходить – цитируем - «…без разного рода шараханий, необдуманных экспериментов, замешанных на неоправданном подчас либерализме или социальной демагогии».
Сонин недопонимает одно: Путин – порождение либерализма, связанный с либерализмом тысячью нитей, начал своевольничать не от капризов самодержавной неблагодарности. Державное место Путина в настоящий момент находится на раскаленной сковородке, и градус повышается.
Путин получил либерализм от Ельцина, как Николай II получил г-на Витте от своего отца Александра III. Во втором случае папа сказал сыну на смертном одре: «Держись за Витте, он мужик с головой!». Голова Витте заключалась в том, что, пользуясь франкмасонскими связями он всегда умел легко добыть кредиты на Западе. Затем – пользуясь все теми же связями, г-н Витте довел всю монархию до полного паралича, полностью разрушил всю вертикаль власти, истощил народное хозяйство, и в итоге им же сдетонированной революции чуть было не стал президентом русской республики. Списывая Витте, Николай поклялся двору: «никогда не поручу больше ни одного дела этому человеку».
Отношения Витте с царем очень похожи на отношения либералов с Путиным. Либерализм был в 1991 году принят вовсе не по причине какой-то идеологической убедительности, доказательности, а как удобнейшая ширма для бездельников во власти. Он покрыл собой всяческое НЕДЕЯНИЕ И НЕОКАЗАНИЕ, и то, что прежде назвали бы преступной халатностью или ленью, профессиональной непригодностью или недопустимым безучастием – стали выдавать за мудрое ожидание «самоналадки» системы. Властям в 90-е очень нужно было освобождение от созидательного труда – они много воровали и делили и работать по основной специальности министрам с директорами было откровенно недосуг.
Однако удобный для «распродажи советской империи», длящейся, собственно и по сей день (ибо 20 лет пролетели, как дурной сон – НОВОГО НЕ СДЕЛАНО НИЧЕГО!), либерализм стал поджаривать державное место, приходящееся аккурат над седалищем трона, по мере необходимости ДЕЙСТВОВАТЬ.
Путин стал покусывать либерализм, поскольку предписанное либерализмом САМОУСТРАНЕНИЕ власти может окончиться просто её УСТРАНЕНИЕМ. Пепел ленивых королей Меровингов, которых скинули деловитые дворецкие Капетинги, иногда постукивает в сердце Путина.
Тогда и начинается это малопонятное и невнятное путинское нытьё (как вариант – медведевские охи про модернизацию и айфончики), о том, что нехудо бы кинуть подданным не только то, что у них изначально отобрали, но что-нибудь новенькое. Заводишко там какой построить, самолетик, айпадик собственный соорудить для блага подданных или хотя бы штаны научится пошивать не в Китае…
Вначале Путин заныл о том, что нужно возродить Госплан для авиаторов – мол, разведка докладывает, что во всем мире самолеты строят только при участии, финансировании и гарантиях государства. Потом выкинул такой же фортель в области судостроения – снова ссылаясь на мировой опыт. Начал делать ГОСКОРПОРАЦИИ – такие маленькие Госпланчики внутри отдельно взятой отраслишки…
Страшновато Путину и без собственного автостроения. Иномарки, конечно, удобная штука – премьер и сам из них (к стыду страны) не вылезает. Однако что-то подсказывает премьеру (возможно, его прошлое в погонах и друзья оттуда), что невкусные обеды дома ты варишь сам, а вкусные обеды у соседа могут в любой момент прекратиться по воле соседа.
Да и как не поёжится, открыв словарь, и прочитав слово «Демпинг»? «Демпинг (Dumping) - осуществляемый для вытеснения конкурентов и захвата внешних рынков сбыта вывоз товаров из страны по более низким ценам, чем цены внутри страны или на мировом рынке. Демпинг может осуществляться за счет средств фирмы-экспортера или с помощью государства путем субсидирования экспортных поставок из средств государственного бюджета».
Демпинг улыбчив, пока есть конкуренты. Но гибель конкурентов стирает улыбку с его лица. Если автопром в России окончательно загнется, то нам смогут заломить ЛЮБЫЕ условия получения автотранспорта (безмерно далекие от сегодняшних выгодных) или вообще – если нужно будет – не поставлять никаких машин ни на каких условиях. Есть ведь ещё одно волшебное слово – ЭМБАРГО. Введи эмбарго для страны, не имеющей продовольственной безопасности – в ней начнется голод. Введи эмбарго для страны без автопрома – люди пересядут на ишаков…
Нежелание кататься на ишаке у Путина иногда просыпается. Однако Сонин спешит как специалист профана, успокоить премьера: «То же самое (то есть торжество новейших технологий) происходит, в другом масштабе, во всех отраслях — если барьеров, возводимых чиновниками, нет, технологии перенимаются и развиваются очень быстро. Там, где барьеры велики, длится стагнация».
Тут сразу и не поймешь, о чем речь. Сонин ведь не про технологии в нашем смысле говорит, то есть не о чертежах умных механизмов и не о манипуляциях железных махин. Такового, конечно, нет нигде – но по Сонину и не нужно! Он же под технологиями понимает технологии управления, т.е. состав и длину палки надсмотрщика на плантации.
Если выйти из под скромного обаяния оруэлловского языка, и взглянуть на технологии в том смысле, в каком их понимают все нормальные люди – то никакое снятие чиновных барьеров их не стимулирует, а даже наоборот. С уходом чиновной опеки автостроя Москва уже завтра-послезавтра расстанется с автопромом. Московские власти могут из-за убытков отказаться от производства автомобилей на старейшем в стране заводе «ЗИЛ». Кроме того, в планах новой мэрии продажа долей в «Автофрамосе» и латвийском AMO Plant
При этом из всей территории ЗИЛа в 300 гектаров новое производство, уже не автомобильное, даже если его и введут, будет занимать не более 30-50 гектаров, а остальные земли будут застроены в том числе жильем. Ещё вариант — размещение на заводских площадях «большого университета, который объединит ряд вузов, культурных территорий».
«ЗИЛ» — старейший в России завод по производству автомобилей, был заложен еще в 1916 году. Предприятие контролируется правительством Москвы, в последние годы завод выпускает грузовые автомобили и спецтехнику, при этом несет миллиардные убытки. После назначения мэром столицы Сергея Собянина руководство завода было отстранено, а на предприятии введен новый менеджмент.
Долги по заработной плате на заводе составляют 200 млн руб., погасить их столичные власти пообещали в ближайшее время.
Мэрия также намерена продать автосборочное предприятие AMO Plant в Латвии — СП российского АМО «ЗИЛ» и латвийского Ferrus. Учрежденное в 2005 году, AMO Plant было открыто летом прошлого года, инвестиции в проект превысили 30 млн евро, в основном это были российские средства. На заводе по лицензии собираются европейские городские и школьные автобусы, ранее планировалось, что к 2012 году завод станет выпускать грузовики «ЗИЛ», соответствующие требованиям евро-5.
Кроме того, новые власти Москвы готовы продать свою долю в ОАО «Автофрамос. Предприятие было создано в 1998 году компанией Renault и столичным правительством (на сегодняшний день доля Renault — 94,1%, города — 5,9%).
Вслед за ЗИЛом уходит в небытие и «АвтоВАЗ». Он сократит инвестпрограмму до 2020 г. на миллиард евро. Но из-за этого альянс «АвтоВАЗа» и Renault-Nissan не сможет удержать 40%-ную долю российского рынка, на чем настаивает президент Renault-Nissan Карлос Гон
Из-за сокращения инвестиций будут снижены объемы производства. В варианте, который рассматривался в марте этого года, предполагалось, что «АвтоВАЗ» к 2020 г. выйдет на уровень 1,5 млн автомобилей в год. Однако в презентации для поставщиков вице-президента по продуктам и программам «АвтоВАЗа» Юга Демаршелье указывается, что объем производства тольяттинского автозавода вместе с «Ижавто» достигнет пика к 2017 г. и составит 1,18 млн автомобилей в год, а к 2020 г. и вовсе сократится до 1,07 млн автомобилей.
Как не вспомнить знаменитого Левшу с его «англичане ружья кирпичом не чистят»?!
Вазген АВАГЯН, специально для НСН «Венед»